Надмирные струи не гасят смертной жажды, Плеская из бадьи небесных коромысл. Мы знаки видели, всё те же, не однажды: Но вечно сердцу нов их обманувший смысл. Весь запад пламенел. Шептали мы: Почто же Бог изменил? Пождем: сильней придет иной... Купалася луна в широком водном ложе; Катилась в ночь волна — и вновь жила луной. Взнесен ли нежный серп, повисли ль гроздья ночи Дух молит небо: Стань! — и Миг: Не умирай!.. Все, ждавшие вотще, в земле истлеют очи — А в небо будет млеть мимотекущий рай.